Геморрагическая лихорадка Ласса (ГЛЛ) (Lassa fever, Febris Lassa) - особо опасная антропозоонозная природно-очаговая инфекция, характеризующаяся геморрагическим синдромом, интоксикацией, поражением органов дыхания, почек, центральной нервной системы (ЦНС) и миокарда. Первая вспышка заболевания, от которого умерли 2 из 3 заболевших медицинских сестер, зарегистрирована в январе-феврале 1969 г. в городе Ласса (Нигерия). Вирус был выделен из крови больных в Йельской научно-исследовательской лаборатории (НьюХейвен, США) в 1970 г., где в ходе исследований заболели 2 сотрудника, 1 из них умер [11, 15, 23].
ЭТИОЛОГИЯ
Возбудитель лихорадки Ласса - вирус Ласса - относится к роду Arenavirus семейства Arenaviridae [8]. Вирус Ласса имеет общую антигенную структуру с возбудителями лимфоцитарного хориоменингита, аргентинской и боливийской лихорадок. Вирион плеоморфной формы диаметром от 50 до 300 нм, содержит внутри 8-15 электронно-плотных гранул, имеет липидную оболочку, покрытую булавовидными отростками, однонитевой двухсегментарный РНК-геном, кодирующий 5 белков, в частности L-, Z-, N-, G-белки. Вирион содержит транскриптазу (L-белок, РНК-полимераза). Репродукция осуществляется в цитоплазме клетки-хозяина; после сборки и включения в вирион рибосомоподобных частиц он отпочковывается от плазматической мембраны клетки. Вирус устойчив к воздействию факторов окружающей среды; его вирулентность в сыворотке крови или секретах без специальной обработки не снижается в течение длительного периода. Вирус Ласса инактивируется перекисью водорода, щелочью, пропиолактоном, формалином, детергентами и жирорастворителями при pН 5,5 и 8,5; он чувствителен к нагреванию, ультрафиолетовым и γ-лучам [1, 3, 4, 7, 15, 23]. С целью изучения генетического разнообразия 54 штаммов вируса Ласса была проанализирована последовательность гена нуклеопротеида (NP). Филогенетический анализ и использование набора моноклональных антител (МКАТ) показали, что вирус Ласса образует 4 субтипа, 3 из них обнаружены в Нигерии, а четвертый - в Гвинее, Либерии и Сьерра-Леоне. Сравнение полногеномных последовательностей 4 субтипов вируса Ласса, показало, что ген NP более консервативен, чем гены гликопротеинов. Филогенетический анализ полногеномных последовательностей генов GP1 и GP2 позволили предположить, что нигерийские штаммы вируса Ласса - предшественники штаммов из Гвинеи, Либерии и Сьерра-Леоне [12].
Природный резервуар вируса - многососковые крысы (Mastomys natalensis, Mastomys erythroleucus, Mastomys huberti). Продолжительность жизни грызунов колеблется от 2 до 5 лет. Они прекрасно размножаются, рожая по 8-14 детенышей в год. Грызуны обитают вблизи жилищ людей и свободно проникают в дома. Для крыс характерна бессимптомная форма заболевания, сопровождаемая пожизненной персистенцией вируса. Последний выделяется с мочой, калом, слюной, где сохраняет свои свойства при высушивании [1, 11, 23].
Заражение людей на эндемичных территориях происходит в течение всего года, пик заболеваемости приходится на январь-февраль, т. е. совпадает с сезоном тропических дождей, когда грызуны устремляются к человеческому жилью. По данным серологических исследований, доля инфицированных грызунов вышеописанного вида в различных районах Сьерра-Леоне составляет от 3 до 80 % [14].
ЭПИДЕМИОЛОГИЯ
Географическое распространение лихорадки Ласса ограничено ареалом обитания африканских многососковых крыс. Вспышки заболевания отмечены в Нигерии, Сьерра-Леоне, Либерии, Кот-д’Ивуаре, Гвинее, Мали, Мозамбике, Сенегале, Буркина-Фасо и Центральноафриканской Республике. Предположительно в Западной
Африке ежегодно возникает от 300 до 500 тыс. случаев лихорадки Ласса. Показатели заболеваемости среди населения распределены неравномерно, о чем свидетельствуют результаты оценки иммунной прослойки населения [11, 15, 22].
Заражение человека происходит алиментарным, воздушно-пылевым, воздушно-капельным, половым путем, а также при попадании на кожу крови или выделений больного (вирус проникает через микротравмы кожи) [3, 7, 10, 15]. В биотопах инфекция между грызунами распространяется, как правило, горизонтально (при контакте животных), хотя нельзя полностью исключить возможность вертикальной передачи инфекции (рождение больного поколения). Во многих регионах Западной Африки многососковых крыс употребляют в пищу, что, возможно, реализует алиментарный путь заражения человека [2, 22].
Источником инфекции может быть больной в течение всего периода заболевания. Вирус выделятся со слюной, мочой, рвотными массами и фекалиями в течение 1 мес и более [28]. При отсутствии настороженности персонала лечебных учреждений в отношении данного вида заболевания и несоблюдении мер дезинфекции возникают нозокомиальные вспышки, характеризующиеся высокой летальностью, а также появлением вторичных (как правило, внутрисемейных) случаев заражения. Третичные случаи наблюдаются редко. В литературе описаны случаи заражения медперсонала при попадании крови и других секреторных выделений больного на поврежденные кожу и слизистые оболочки [22, 23].
Наиболее высокий уровень заболеваемость фиксируется среди населения, проживающего в Западной Африке. Случаи лихорадки Ласса отмечены как в сельских районах, так и в городах, что объясняется высокой плотностью популяции грызунов рода Mastomys. К возбудителю высокочувствительны все группы населения вне зависимости от возраста, пола и цвета кожи. Болезнь регистрируют круглогодично. Наблюдаются вторичные случаи заражения и единичные третичные [11, 23, 32].
Иммунитет после перенесенного заболевания напряженный, длительный (до 5-7 лет) [15, 22]. Интенсивность распространения инфекции при госпитальных вспышках значительно выше, чем при семейно-групповых заболеваниях. Серологическими методами исследования установлено, что в населенных пунктах Западной Африки, где регистрировались лишь семейно-групповые очаги, инфицированные (серопозитивные) лица составляли 2-8 % от числа обследованных; среди членов семей, где был больной - в среднем 13 %. Лица, не контактировавшие с заболевшими, как правило, оставались серонегативными. Судя по выборочным данным, в семейно-групповых очагах лихорадки показатель риска летального исхода для коренных жителей Западной Африки составлял 1:60 [15, 21, 28].
За последние 10 лет случаи заболевания лихорадкой Ласса были зарегистрированы в Нигерии, Либерии, Сьерра-Леоне. Наиболее крупные вспышки отмечены в Нигерии в 2008-2009-е гг. - 390 больных, 55 умерших (летальность 14,10 %) и в 2012 г. - 623 больных, 70 умерших (летальность 11,24 %).
Развитие туризма, рост коммерческих и пассажирских перевозок и высокая интенсивность авиасообщений повысили риск завоза лихорадки Ласса в другие страны.
Уже зарегистрировано более 20 случаев завоза лихорадки Ласса в Америку, Европу, Азию. Так, в 2000 г. в Европу лихорадка невыясненного генеза была завезена 4 раза (2 случая в Германии и по одному - в Великобритании и Нидерландах) людьми, находящимися в инкубационном периоде. Все случаи закончились гибелью заболевших. [16, 17, 20, 22, 25-28]. В 2006 и 2009 гг. лихорадка Ласса из Сьерра-Леоне была завезена в Германию [31].
Отмечено, что у больных лихорадкой Ласса возбудитель циркулирует в крови на фоне высокого уровня антител, что не исключает эпидемическую опасность таких пациентов для медицинского персонала и окружающих лиц из числа родственников. В крови реконвалесцентов вирус выявляли в период до 70 дней от начала заболевания [22].
Во время вспышек лихорадки соотношение клинически выраженных и инаппарантных форм инфекции находится на уровне 1:1000. Лихорадка Ласса - заболевание со средним индексом контагиозности (до 0,3) [10]. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), значительная доля сельского населения ряда африканских стран может быть инфицирована вирусом Ласса на протяжении всей жизни, чаще в раннем детском возрасте. В некоторых регионах уровень серопозитивных лиц составляет 13 %. Например, в Сьерра-Леоне доля больных лихорадкой Ласса достигает 10 % от всех госпитализированных по поводу лихорадочных заболеваний [20, 23].
ПАТОГЕНЕЗ
Входными воротами вируса служат слизистые оболочки дыхательного и пищеварительного трактов человека. При этом поражение макроорганизма вирусом происходит на всех уровнях его структурной организации - от молекулярного до органного. Механизм развития патологического процесса связан с прямым и опосредованным действием возбудителя. В первом случае это проявляется гибелью клеток-мишеней в результате размножения в них патогена, а во втором - искажением защитных реакций организма (аутоиммунные проявления с наслоением воспалительных, некробиотических и других реакций). Захват вируса макрофагами в месте входных ворот инфекции сопровождается в последующем его размножением и диссеминацией в кровяном русле макроорганизма [3, 9]. В патологическом процессе участвуют не только репродуцирующиеся вирионы, но и их нуклеиновые кислоты, суперантигены, а также инициированные ими антитела. Дезорганизация цитокиновой сети человека приводит к нарушению гомеостаза и развитию синдрома диссеминированного внутрисосудистого свертывания (ДВС). Прямое действие возбудителя на чувствительные к нему клетки и органы приводит в дальнейшем к опосредованному поражения организма, что в целом определяет тяжесть патологического процесса [1, 9, 12, 23].
В инкубационном периоде возбудитель активно размножается в регионарных лимфатических узлах, после чего развивается стойкая выраженная вирусемия с диссеминированием вируса в органах мононуклеарнофагоцитарной системы. Иммунологический конфликт между вирусом и макроорганизмом ведет к деструкции поврежденных тканей в результате взаимодействия цитотоксических Т-лимфоцитов и зараженных вирусами клеток хозяина. Макроорганизм активирует клеточный иммунный ответ [22, 29].
Установлена важная патогенетическая роль макрофагально-фагоцитарной системы (МФС) в развитии заболевания. При поражении вирусом моноцитов происходит значительный выброс цитокинов (ФНО, ИЛ-1, -6 и др.), которые приводят к развитию полиорганной патологии, нарушению проницаемости сосудов (повреждение эндотелия), развитию ДВС-синдрома, инфекционно-токсического шока, коллапса. Клетки жизненно важных органов, зараженные вирусом, становятся мишенью для цитотоксических Т-лимфоцитов. В результате образования иммунных комплексов и их фиксации на базальных мембранах клеток развиваются тяжелые некротические процессы в печени, селезенке, почках, надпочечниках и миокарде [3, 12].
Высокая и стойкая вирусемия в лихорадочной стадии заболевания, недостаточная выработка вируснейтрализующих антител и наличие в крови вируса и специфических антител обусловливает развитие выраженного дисбаланса функций клеточного иммунитета и приводит в конечном счете к летальному исходу [23].
КЛИНИЧЕСКАЯ КАРТИНА
Клинические проявления лихорадки Ласса варьируют от стертых субклинических (80 % случаев) до тяжелых форм с выраженным геморрагическим синдромом.
Инкубационный период лихорадки Ласса длится от 3 до 17 сут. Болезнь развивается постепенно: появляются общая слабость и недомогание, поднимается температура (до 40 оС). Через несколько дней начинают болеть голова, горло, мышцы и грудь, присоединяются тошнота, рвота, диарея и кашель, могут быть боли в области живота. При осмотре больных обращают на себя внимание выраженная гиперемия лица, шеи, груди, геморрагические проявления различной локализации, экзантема петехиального, макулопапулезного или эритематозного характера. Увеличиваются периферические лимфатические узлы. В начальный период у большинства больных (до 80 %) развивается язвенный фарингит: на слизистой оболочке глотки, мягкого нёба, миндалин появляются белые пятна, позднее превращающиеся в язвы с желтым дном и красным ободком; часто язвы локализуются на нёбных дужках [3, 23].
Прогностически неблагоприятно появление отеков лица и шеи, плевральных, перикардиальных и перитонеальных экссудатов. Они развиваются вследствие повышенной проницаемости стенок капилляров, что приводит к инфекционно-токсическому шоку и острой почечной недостаточности. При рентгенологическом исследовании органов грудной клетки часто обнаруживают инфильтраты в легких [31].
Тяжелые формы лихорадки Ласса у 30-50 % госпитализированных заканчиваются летальным исходом в начале 2-й недели заболевания. На последних стадиях болезни могут наблюдаться признаки поражения нервной системы: судороги, тремор, дезориентация и кома. У 25 % пациентов наступает глухота, но у половины из них через 1-3 мес слух частично восстанавливается. Лихорадка Ласса самым неблагоприятным образом отражается на беременности. В последние 3 мес беременности материнская смертность составляет 67 %, гибель плода - 85 %.
При легком и среднетяжелом течении прогноз благоприятный. После выздоровления могут наблюдаться временное выпадение волос и нарушение походки. При благополучном течении заболевания лихорадочный период может длиться до 3 нед, температура тела снижается постепенно. Реконвалесценция протекает медленно, возможны рецидивы заболевания. Осложнения - пневмонии, миокардиты, психозы [1, 12, 23, 31].
Обследование больных в эндемичных очагах выявило корреляцию исхода заболевания с вирусемией и уровнем сывороточных ферментов в крови больных. При уровне вирусемии более 104 ЛД50/мл и активности трансаминаз более 150 МЕ/мл благоприятный исход возможен в 1 из 5 случаев [23].
Согласно оценкам специалистов, в странах Африки от лихорадки Ласса ежегодно умирают около 5000 человек. Летальность среди госпитализированных составляет 16-67 %. С учетом легких и инаппарантных форм заболевания летальность в целом не превышает 0,1-0,2 % [20, 23, 31].
ДИАГНОСТИКА
На ранних стадиях лихорадки Ласса патогномоничные признаки болезни отсутствуют. Ранняя клиническая диагностика чрезвычайно затруднена. В связи с этим болезнь необходимо дифференцировать от крымской геморрагической лихорадки (КГЛ), брюшного тифа, стрептококковой ангины, дифтерии, пневмонии, малярии, кори, герпетической ангины, других геморрагических лихорадок, эндемичных для Западной и Центральной Африки. Вне эндемичных территорий, помимо вышеперечисленных инфекций, дифференциальная диагностика проходит с геморрагической лихорадкой с почечным синдромом (ГЛПС), лихорадкой Западного Нила (ЛЗН), клещевыми риккетсиозами. Большое значение имеют эпидемиологические данные (пребывание в эндемичной местности за 3-17 дней до начала заболевания) и клиническая симптоматика: тяжелое состояние больного, наличие лихорадки, язвенно-некротические изменения глотки, рвота, понос, геморрагические проявления, симп томы почечной недостаточности, - все это дает основание выставить предварительный диагноз лихорадки Ласса. Отсутствие эффекта от антибиотиков, противомалярийных и других химиотерапевтических препаратов, а также отрицательные результаты обычных бактериологических и паразитологических исследований служат весомым основанием для диагностики лихорадки Ласса [12].
Окончательный диагноз ставят на основании клинической картины с учетом данных эпидемиологического анамнеза и результатов лабораторных исследований.
В гемограмме отмечают лейкопению, в дальнейшем она сменяется лейкоцитозом и резким ростом скорости оседания эритроцитов (СОЭ) (40-80 мм/ч). Уменьшается время свертываемости крови, увеличивается протромбиновое время. В моче выявляют белок, лейкоциты, эритроциты, зернистые цилиндры. Повышается активность аминотрансфераз, при почечной недостаточности повышается содержание мочевины в крови [16].
В связи с тем, что на ранних стадиях заболевания специфические симптомы отсутствуют, при постановке диагноза лихорадки Ласса в эндемичных районах учитывают возможное сочетание симптомов гнойного фарингита и протеинурии. Исследования подтверждают диагноз ГЛЛ в 80 % случаев [16, 23].
Верификация диагноза "лихорадка Ласса" осуществляется вирусологическими и серологическими методами в специализированных учреждениях с высшим уровнем биозащиты BSL-4.
Этиологическую причину заболевания подтверждают либо выделением самого вируса или фрагментов нуклеиновых кислот из крови больного, смывов из зева, мочи, рвотных масс, плевральной жидкости, секционного материала либо выявлением антител в сыворотке крови. Из сыворотки крови и смывов из зева можно выделить вирус вплоть до 19-го дня заболевания. Из мочи - до 32-го. Характерно, что концентрация вируса в сыворотке крови значительно выше, чем в смывах из зева и в моче. Вероятность выделения вируса возрастает (до 82 %) при выполнении лабораторного исследования крови на 3-15-е сутки от начала болезни. В глоточных смывах вирус в 50 % случаев удается обнаружить в первые 14 сут заболевания. Наиболее ранний срок для выявления вируса из сыворотки крови и глоточных смывов -3-и сутки, из мочи - 9-е сутки. Для выделения вируса Ласса используют линию клеток Vero. Вирус поражает монослой клеток через 3-5 сут после инокуляции вируссодержащего материала [23].
Современные способы, позволяющие подтвердить лихорадку Ласса, включают иммуноферментный анализ (ИФА), реакцию непрямой иммунофлюоресценции (РНИФ), полимеразнуюй цепную реакцию (ПЦР) и прямую электронную микроскопию. Разработан иммуноферментный метод для быстрого выявления антигена вируса Ласса в крови. Его чувствительность позволяет зафиксировать вирусемию в титре 102,1 БОЕ /мл [3, 23]. Определение противовирусных антител в реакции непрямой гемагглютинации (РНГА), реакции связывания комплемента (РСК), реакции нейтрализации (РН) и ИФА эффективно лишь для ретроспективной диагностики. К 52-му дню от начала заболевания в сыворотке реконвалесцентов обнаруживают специфические комплементсвязывающие (КС) антитела, которые могут сохраняться на протяжении 3-6 лет. Выявление КС антител в титре 1:8 и выше считают безусловным подтверждением диагноза лихорадки Ласса. Таким образом, РСК целесо образно проводить с сыворотками, полученными не ранее 3-й недели от начала заболевания. Спустя 16 нед с начала заболевания в сыворотке содержатся также вируснейтрализующие антитела [16, 23].
По определению Комитета экспертов ВОЗ, больной лихорадкой Ласса - это лихорадящий больной на эндемичной территории, у которого есть один или не- сколько из следующих признаков: выделение вируса, 4-кратное нарастание титра антител к вирусу в парных сыворотках, взятых с интервалом 2 нед, выявление IgG в непрямой реакции иммунофлуоресцентции (нМФА) в титре не менее 1:512 и положительная реакция на IgM [2, 12, 23].
ЛЕЧЕНИЕ
При лихорадке Ласса необходимо комплексное воздействие с применением химиопрепаратов и средств интенсивной и патогенетической терапии (аскорутин, викасол, кортикостероиды, сердечно-сосудистые препараты, кристаллоидные и коллоидные растворы, переливание плазмы и цельной крови). Патогенетическое лечение аренавирусной геморрагической лихорадки направлено на устранение жидкостного, электролитического и осмотического дисбаланса. При шоке сокращают потребление соли и воды и принимают осторожные попытки увеличить внутрисосудистый объем крови с помощью коллоидных растворов. Можно вводить сосудосуживающие препараты. В зависимости от степени кровопотери производят немедленное переливание крови. Иногда больному требуется введение 1,0-1,5 л крови в сутки.
С учетом количества эритроцитов, тромбоцитов и гемоглобина показано введение эритроцитарной и тромбоцитарной массы. Для дезинтоксикации следует применять плазму и кровезаменители. При геморрагическом шоке и синдроме повышенной проницаемости капилляров необходим постоянный мониторинг артериального давления. Тщательно контролируют количество потребляемой и выделяемой жидкости. Для борьбы с геморрагическим синдромом назначают гепарин внутривенно в дозе 10 000-50 000 ЕД/сут под контролем свертываемости крови [1, 7].
Иммунную плазму (титр КС антител 1:16 и выше, в дозе 250-500 мл) рекомендуют вводить на максимально ранних сроках заболевания - в первые 7-10 сут от его начала [10]. Важное значение имеют сведения о географическом происхождении возбудителя и собранной плазме реконвалесцентов, так как существуют 4 антигенных субтипа вируса Ласса. Иммунная сыворотка эффективна при высокой концентрации в ней нейтрализующих антител (индекс нейтрализации ≥100) [13, 23].
Из противовирусных лекарственных средств рекомендуют химиопрепараты широкого спектра действия - рибавирин и его аналоги (виразол, вилона, рибамидил и т. д.).
В эндемичных очагах применение рибавирина на ранних стадиях заболевания существенно снизило тяжесть его течения и уровень летальности [13, 23]. Центр по контролю заболеваемости (Centers for Disease Control and Prevention, CDC) определил следующие схемы введения рибавирина. В терапевтических целях рибавирин вводят внутривенно: однократно в дозе 30 мг/кг, затем 16 мг/кг каждые 6 ч в течение 4 дней, затем 8 мг/кг каждые 8 ч в течение 6 дней [2, 3, 15, 23]. Применение аналогов препарата (виразола, рибамидила) в ходе лечения наиболее эффективно в первые 6 дней заболевания. При легких и среднетяжелых формах инфекции препарат применяют перорально в дозе 0,8 г в день (4 раза в сутки). В тяжелых случаях лихорадки Ласса рекомендуется комплексное этиопатогенетическое лечение с внутривенным применением виразола в дозе 1,0 г в течение 4 дней, затем 0,5 г - 6 дней [3, 16, 23].
ПРОФИЛАКТИКА
При подозрении на лихорадку Ласса необходимо немедленное принятие неспецифических мер защиты с учетом воздушно-капельного и контактного путей передачи.
Пациента изолируют в отдельную палату или бокс на срок не менее 21 дня от начала заболевания. Обслуживающий персонал должен работать в защитной одежде первого типа. Особую осторожность следует соблюдать при исследованиях крови и других биологических материалов от больных геморрагическими лихорадками и при подозрении на наличие заболевания. При взятии материала от больного или умершего строго соблюдают правила упаковки и пересылки биологического материала, рекомендуемые при подозрении на особо опасные инфекции [7, 12].
Ранее в России для экстренной профилактики и лечения лихорадки Ласса был разработан гетерологичный специфический иммуноглобулин, который позволяет проводить экстренные профилактические мероприятия в группах риска [4, 5].
Коммерчески доступных вакцин против лихорадки Ласса нет. В ряде стран ведется разработка и тестирование перспективных препаратов [3, 4, 11, 14, 19, 32].
На данный момент получена живая вакцина против лихорадки Ласса, созданная методом перегруппировки (обмен фрагментами геномов, клон МL29) сегментированных геномов вирусов Ласса и Мопея. [28]. Она защищает животных от вторичного заражения вирулентным штаммом вируса Ласса. При этом не наблюдается ни признаков заболевания, ни характерных для данной патологии гистологических повреждений. Другие препараты были сконструированы как рекомбинантный вирус вакцины, который экспрессирует нуклеопротеид вируса Ласса (штамм Josiah) - V-LSN или содержит ген гликопротеина вируса - V-LSPGPC. Также разработана комбинированная вакцина против лихорадки Ласса и Эбола на основе репликона вируса венесуэльского энцефаломиелита лошадей [14, 19, 32]. Другой группой вакцин нового поколения являются пептидные вакцины [4].
Оценка протективных свойств экспериментальной инактивированной вакцины против лихорадки Ласса показала, что как двукратная, так и однократная иммунизация обезьян-гамадрилов препаратом в дозах 1,1-2,1 и 0,5-1,1 мг обеспечивает защиту от внутримышечного инфицирования вирулентным вирусом [6].
Для эндемичных регионов при выявлении случаев заболевания рекомендовано проведение дератизационных мероприятий с целью уничтожения грызунов, являющихся естественными распространителями вируса Ласса в природе [12, 23].
ЛИТЕРАТУРА
1. Андаев Е. И., Мельникова О. В., Титенко А. М. Санитарная охрана территории от завоза и распространения особо опасных вирусных инфекций. Сообщение 5. Лихорадка Ласса. // Пробл. особо опасных инфекций: Сб. науч. тр. / Под ред. В. В. Кутырева. - Саратов, 2008. - Вып. 95 (1). - С. 17-22.
2. Гавринев С. А., Горобец А. В., Беспалов И. А., Москвитина Э. А. Контагиозные вирусные геморрагические лихорадки // Эпидемиол. и инфекц. болезни. - 2000. - № 2. - С. 49-52.
3. Борисевич И. В., Маркин В. А., Фирсова И. В. и др. Эпидемиология, профилактика, клиника и лечение геморрагических лихорадок (Марбург, Эбола, Ласса и Боливийской) // Вопр. вирусол. - 2006. - № 5. - С. 8-16.
4. Игнатьев Г. М. Иммуногенные и протективные свойства рекомбинантного белка NP вируса Ласса // Вопр. вирусол. - 2002. - № 2. - С. 28-31.
5. Краснянский В. П., Градобоев В. Н., Борисевич И. В. и др. Разработка и изучение свойств иммуноглобулина против лихорадки Ласса // Вопр. вирусол. - 1997. - № 2. - С. 71-73.
6. Краснянский В. П., Потрываева Н. В., Борисевич И. В. и др. Опыт получения инактивированной вакцины лихорадки Ласса // Вопр. вирусол. - 1993. - № 6. - С. 276-279.
7. Лобзин Ю. В., Жданов В. К., Казанцев В. П. Руководство по инфекционным болезням. - СПб.: Фолиант, 2011. - Кн. 1. - 932 с.
8. Руководство по вирусологии. Вирусы и вирусные инфекции человека и животных / Под ред. Д. К. Львова. - М.: МИА, 2013. - С. 792-793.
9. Маркин В. А., Борисевич И. В., Махлай А. А. Особенности патогенеза вирусных особо опасных геморрагических лихорадок // Патогенетические основы лечения инфекционных болезней. - М., 1999. - С. 228-236.
10. Маркин В. А., Марков В. И. Вирусные геморрагические лихорадки - эволюция эпидемического потен циала // Журн. микробиол. - 2002. - № 1. - С. 91-98.
11. Фирсова И. В., Шатохина И. В., Борисевич И. В. и др. Методические подходы к обоснованию возможности использования морских свинок как модели для оценки эффективности разрабатываемых вакцин против лихорадки Ласса // Вопр. вирусол. - 2003. - № 6. - С. 43-45.
12. Ющук Н. Д., Венгеров Ю. Я. Лекции по инфекционным болезням. - М.: ВУНМЦ, 1999. Т. 2.
13. Bowen M. D., Rollin P. E., Ksiazek T. G. Genetic diversity among Lassa virus strains // J. Virol. - 2000. - Vol. 74, N 15. - Р. 6992-7004.
14. Brendenbeek P. J., Molenkamp R., Spaan W. J. M. et al. Recombinant yellow fever 17D vaccine expressing Lassa virus glycoproteins // J. Virol. - 2006. - Vol. 345, N 2. - P. 299-304.
15. Imported Lassa fever - New Jersey, 2004 // CDC. MMWR. - 2004. - Vol. 53, N 38. - P. 894-897.
16. Charrel R. N., de Lambollrie X. Arenaviruses other then Lassa virus // Antiviral Res. - 2003. - Vol. 57. - P. 89-100.
17. Crowcroft N. S., Meltzer M., Evans M. The public health response to a case of Lassa fever in London in 2000 // J. Infect. - 2004. - Vol. 48, N 3. - P. 221-228.
18. E-alert 24 July: Case of Lassa fever imported into Germany from Sierra Leone // Euro Surveill. - 2006. - Vol. 11, N 7. - P. 6072-6077.
19. Fisher-Hoch S. P., Hutwagner L., Brown B., McCormick J. B. Effective vaccine for Lassa fever // J. Virol. - 2000. - Vol. 74, N 15. - P. 6777-6783.
20. Gayer M., Legros D., Formently P., Connoly M. A. Conflict and emerging infectious diseases // Emerg. Infect. Dis. - 2007. - Vol. 11. - P. 1625-1631.
21. Gunter S., Emmerich P., Laue T. Imported Lassa fever in Germany. Molecular characterization of a new Lassa virus strain // Emerg. Infect. Dis. - 2000. - Vol. 6, N 6. - P. 466-476.
22. Haas W. H., Breuer T., Pfaff G. Imported Lassa fever in Germany: Surveillance and management of contact persons // Clin. Infect. Dis. - 2003. - Vol. 36, N 10. - P. 1254-1258.
23. Handbook USAMRIID Medical Management of Biological Casualties. 4th ed. - Fort Detrick, Maryland: US Army Medical Research Institute of Infectious Diseases, 2001.
24. Westwood J. C. N. The Hazard from Dangerous Exotic Diseases. - London: The Macmillan Press, 1980. - P. 67-106.
25. Kortepeter M. G., Parker G. W. Potential biological weapons threats // Emerg. Infect. Dis. - 1999. - Vol. 5, N 4. - P. 523-527.
26. Lassa fever imported case, Germany // Wkly Epidemiol. Rec. - 2000. - Vol. 75, N 14. - Р. 109.
27. Lassa fever imported case, United Kingdom // Wkly Epidemiol. Rec. - 2000. - Vol. 75, N 11. - P. 85.
28. Lukashevich J. S., Patterson F., Carrion R. et al. A live attenuated vaccine for Lassa fever made by reassortment of Lassa and Mopeia viruses // J. Virol. - 2005. - Vol. 79. - P. 13934-13942.
29. Macher M., Wolfe M. S. Historical Lassa fever reports and 30-years clinical update // Emerg. Infect. Dis. - 2006. - Vol. 12, N 5. - P. 835-837.
30. Meulen J., Badusche M., Kuhnt K. Characterization of human CD4+ T-cell clones recognizing conserved and variable epitopes of the Lassa virus nucleoprotein // J. Virol. - 2000. - Vol. 74, N 5. - Р. 2186-2192.
31. Omilabu S. A., Badaru S. O., Okokhere P. et al. Lassa fever, Nigeria 2003 and 2004 // Emerg. Infect. Dis. - 2005. - Vol. 11, N 10. - P. 1642-1644.
32. Pushko P., Geisfert J., Parker M. et al. Individual and bivalent vaccines based on alphavirus replicons protect guinea pigs against infection with Lassa and Ebola viruses // J. Virol. - 2001. - Vol. 75. - P. 11677-11685.
33. RichmondJ. K., Deborah J., Baglole D. J. Lassa fever: Epidemiology, clinical features, and social consequences // BMJ. - 2003. - Vol. 327. - P. 1271-1275.
34. World Health Organization. Introduction Lassa fever in German. Update 1 [Web Page]. July 25, 2006. Available at: http://www.who. int/disease - outbreak - news/n 2006/ jul/2.